Деятельность Голды Меир во времена Подмандатной Палестины
Деятельность Голды Меир во времена Подмандатной Палестины — карьера Голды Меир в ишуве во времена британского мандата.
Ход событий[править]
Прибытие[править]
В мае 1921 года супружеская пара Голда и Моррис Меерсонов отбыли из США в Палестину на пароходе «Покахонтас» (USS Pocahontas (ID-3044)) с небольшой группой еврейских поселенцев, в которую входили также семья Шейны (сестра Голды) и школьная подруга Голди Регина Гамбургер (с мужем Йоселем Копиловым).
Добравшись до Неаполя, репатрианты обнаружили, что не смогут попасть напрямую в Палестину, так как укомплектованные арабами экипажи пассажирских судов, идущих в Яффу, отказались брать на борт евреев. Им пришлось вместо этого отплыть в Александрию откуда они отправились поездом в Тель-Авив, прибыв на место 14 июля 1921 года.
Муж, Моррис Меерсон устроился на работу бухгалтером в британской фирме в Лоде, откуда возвращался в Тель-Авив лишь на выходные. Голда начала давать частные уроки английского языка. Ей предложили постоянное место учительницы английского в гимназии «Герцлия», но она отказалась, так как не планировала оставаться в Тель-Авиве, а решила отправиться в кибуц Мерхавию.
Карьера[править]
Через год жизни в Мерхавии Голду избрали в организационный комитет кибуца, состоявший из трёх человек. Позже она как делегат от Мерхавии вошла в Совет трудящихся женщин (Моэцет ха-поалот), где была избрана в состав секретариата.
В 1923 году на 2-м съезде Всеобщей федерации трудящихся Меерсон назвала позорным тот факт, что трудящиеся женщины нуждаются в отдельной от мужчин организации, и выразила надежду, что в будущем Совет трудящихся женщин станет ненужным. Это выступление было отрицательно воспринято основательницами Совета, но пришлось по душе лидерам социалистического сионизма — Давида Бен-Гуриону, Моше Ремезу и Берлу Кацнельсону. В том же году Голда представляла Мерхавию на конференции кибуцного движения в Дгании, где вызвала резкую реакцию со стороны других делегатов по двум причинам. Плохо владея ивритом, она выступала на идише и при этом дала понять, что не разделяет убеждения кибуцников о том, что работа на кухне унизительна для женщины.
Ури Мильштейн утверждает, что Голда сделала карьеру благодаря интимной связи с Моше Ремезом — одним из вождей рабочего сионизма в Палестине, а также и с Давидом Бен-Гурионом, который её также продвигал:
Ремез, один из высших боссов МАПАЙ и Гистадрута, был ей особенно близок. Сойдясь с Меир в Дгании в 1924 году, он с тех пор неустанно заботился о ее карьере. Для начала Ремез устроил Голду на работу в строительную компанию «Солель Боне», которой тогда руководил, а затем, опять же его стараниями, Голда получила должность секретаря совета работниц в Гистадруте. В 1940 году, став секретарем Гистадрута, Ремез активно способствовал продвижению своей подруги на руководство политотделом этой организации.
На всех этих постах Голда зарекомендовала себя типичной аппаратчицей, упрямой, консервативной и догматичной, без выраженных способностей к творческой и созидательной работе. В тридцатые годы она работала главой профсоюзного отдела Гистадрута и председателем контрольного совета больничной кассы. Поэтому казалось естественным, что Бен-Гурион, который не переставал следить за карьерой Голды и даже, как уже говорилось, поддерживал с ней интимную связь, не возражал против ее назначения министром труда в своем правительстве[1].
Таким или иначе, после оставления Мерхавии Голда нашла работу кассиршей в строительном кооперативе Гистадрута «Солель Боне». Моррису помог устроиться бухгалтером в иерусалимском отделении этой же компании вышеназванный Моше Ремез, с чьей помощью Голда делала первые шаги в своей политической карьере. После того как Голда забеременела, Ремез организовал её перевод в Иерусалим.
В Иерусалиме Меерсоны сняли двухкомнатное помещение без электричества и водопровода, с кухней и туалетом во дворе. Зарплата в «Солель Боне» выплачивалась кредитными чеками, которые мало где принимали к оплате, и Голде постоянно приходилось покупать товары с наценкой. Первенец Меерсонов Менахем появился на свет 23 ноября 1924 года. Его рождение заставило Голду оставить работу, и семье, чтобы свести концы с концами, пришлось сдавать часть помещения дополнительному жильцу. Голда попыталась вернуться в Мерхавию, взяв с собой 6-месячного Менахема, но там для неё нашлась только круглосуточная работа няни, и через полгода она вернулась в Иерусалим к Моррису. В 1926 году у них родился второй ребёнок — дочь Сара, что ещё сильней ухудшило финансовое положение семьи. Чтобы оплатить пребывание Менахема в детском саду, Голда согласилась на работу прачки при этом учреждении, а позже начала преподавать английский в частной школе. Беспросветное существование в Иерусалиме скрашивали визиты в Тель-Авив к Шейне и в Герцлию — сельскохозяйственное поселение, куда в 1926 году перебрались из США Моисей и Блюма Мабовичи.
Бен-Гурион включил Голду в комиссию, рассматривавшую вопрос о взаимоотношениях двух организаций еврейской самообороны в Палестине — «Ха-Шомера» и созданной позже «Хаганы». Работа в этой комиссии позволила Голде ближе познакомиться с Шнеуром Залманом Шазаром — их отношения в конце 1920-х годов были романтическими.
В 1925 году участвовала в нескольких конференциях Гистадрута.
В 1928 году Голда заняла пост исполнительного секретаря женского совета Гистадрута. В этой должности она сменила ушедшую в отставку из-за противоречий с руководством Гистадрута Аду Маймон. Часть биографов предполагают, что Ремез и другие профсоюзные лидеры ожидали от молодой активистки большего конформизма и ослабления феминистического духа в женском совете. Ф. Клагсбрун указывает также на возможность, что от неё, как от бывшей американки, ожидали активного участия в сборе пожертвований в США. Меерсон стала самым молодым членом руководства Гистадрута.
В 1928 году Голду отправили в США в качестве эмиссара Гистадрута для сбора пожертвований и агитации за еврейское государство. Из Америки она направилась в Швейцарию, где впервые побывала в качестве делегата на Всемирном сионистском конгрессе в Цюрихе.
В январе 1930 года Меерсон подала в отставку с руководящего поста в женском совете, объясняя это отсутствием уверенности в своих действиях в этой должности. Позже в том же году она стала делегатом объединительного съезда движений «Ахдут ха-Авода» и «Ха-Поэль ха-Цаир», в результате которого была создана партия МАПАЙ. На съезде она была избрана в состав ЦК этой партии. Через несколько месяцев после этого Голду направили в Великобританию, на Конференцию женщин-социалисток. Вместе с Бен-Гурионом она также стала делегатом ежегодной Имперской лейбористской конференции. После того, как Бен-Гурион в ходе своего выступления был освистан десятками делегатов-арабов, он посоветовал Меерсон «не тратить слова попусту», но она всё же произнесла яркую речь. В ней депутат Палестины обвинила лейбористское правительство Великобритании, незадолго до этого выпустившее Белую книгу Пассфилда, в отступлении от гарантий, которые давала евреям декларация Бальфура.
С ноября 1930 года по сентябрь 1931 года Меерсон, как бывший функционер «Ахдут ха-Авода», делила пост секретаря МАПАЙ с представителем «Ха-Поэль ха-Цаир» Хаимом Шурером.
В 1931—1934 года годах находилась в Северной Америке с целью сбора пожертвований.
По возвращении в Палестину, в августе 1934 года, Меерсон приняла предложение войти в состав исполкома Гистадрута. Начав с организации отдела туризма, она затем участвовала в создании программы по подготовке эмиссаров, которых планировалось отправлять в страны Восточной Европы, чтобы обучать будущих еврейских иммигрантов ивриту и сельскому хозяйству. После того как в Палестину начали в массовом порядке прибывать беженцы из гитлеровской Германии, Меерсон занималась вопросом обустройства детей, приезжавших без родителей.
Уже через год после начала работы в исполкоме Гистадрута была избрана в его секретариат — более узкий круг руководства.
Когда общая арабская забастовка в 1936 году вновь парализовала экономику Палестины, включая Яффский порт, она снова отправилась в Америку — собирать деньги на флот ишува.
В 1937 году стала председателем совета директоров больничной кассы Гистадрута «Клалит» и возглавила политический отдел Гистадрута.
В том же году расследовавшая конфликт в Палестине комиссия Пиля дала рекомендации по её разделу на еврейское и арабское государства (сильно в пользу арабов: по этому плану евреям доставалось около четверти территории правобережной Палестины). Бен-Гурион, вдохновлённый идеей еврейского государства в каких угодно тесных границах, приветствовал это решение. Меерсон же, напротив, опасалась, что когда арабы отвергнут план раздела, британцы от него откажутся, но еврейская готовность к нему будет в дальнейшем использована для давления на сионистское руководство. Кроме того, в условиях опасности для европейского еврейства, которую порождал нацистский режим в Германии, она считала необходимым, чтобы в Палестине было достаточно места для приёма миллионов беженцев. На XX Всемирном сионистском конгрессе Голда выступила против Бен-Гуриона. Её союзниками в этом вопросе стали как религиозные сионисты, так и наиболее левое крыло движения, мечтавшее о мирном сосуществовании с арабами. В итоге конгресс отверг конкретные детали плана комиссии Пиля, но в то же время не выступил против самой идеи раздела Палестины.
Период Холокоста и 2МВ[править]
Принимала активное участие в переговорах руководства ишува с британскими властями, непрерывно понижавшими квоту на въезд евреев в Палестину.
Параллельно занималась организацией нелегальной иммиграции евреев, известной как Алия Бет. Ицхак Гринбойм, возглавлявший комитет по спасению европейских евреев, считал, что эта деятельность второстепенна по сравнению с основной задачей сионизма — развитием поселений и инфраструктуры в Палестине. Но Голда была убеждена, что спасение еврейских жизней — «это и есть сионизм».
Находясь в очередной поездке в Северной Америке, она договорилась о приобретении у канадского судовладельца пассажирских судов, рассчитывая использовать их для перевозки беженцев, но руководство Гистадрута и Сохнута посчитало цену контракта — 200 тысяч фунтов — слишком большой, и сделка сорвалась.
В 1938 году была наблюдателем от Сохнута на Эвианской конференции. В дни конференции она со страниц газеты Женского рабочего союза обратилась к руководству стран мира с отчаянной просьбой спасти хотя бы еврейских детей. Но мировые державы не согласились принять количество беженцев. В следующем году британцы, стремясь задобрить арабских расистов и неонацистов Палестины, издали очередную Белую книгу, устанавливавшую потолок в 75 тысяч человек за 5 лет для дальнейшей еврейской иммиграции. Любое продолжение иммиграции после этого обуславливалось согласием руководства палестинских арабов.
После начала Второй мировой войны тель-авивская квартира Меерсон стала одним из центров управления нелегальной еврейской иммиграцией в Палестину. Эту подпольную деятельность Голда совмещала с участием в руководстве Гистадрута и членством в Британском консультативном совете по военной экономике.
Последовательно поддерживала присоединение еврейских добровольцев к британским боевым частям, так как рассматривала борьбу с Гитлером как моральный долг палестинских евреев.
Голда выступила в защиту «Хаганы», когда в конце 1940 года взрыв в Хайфском порту судна «Патриа», на котором британцы собирались вывезти в лагерь на Маврикии нелегальных иммигрантов, повлёк многочисленные человеческие жертвы среди пассажиров.
В апреле 1943 года подпольные связи Меерсон позволили передать повстанцам Варшавского гетто 15 тысяч фунтов на приобретение оружия. Ей также удалось убедить британцев забросить в Европу небольшую группу подготовленных в Палестине евреев-диверсантов. Одновременно с инструкциями от британского командования эти бойцы получили инструкции и от Голды — попытаться установить связь с еврейскими гетто.
В том же 1943 году был суд над двумя еврейскими солдатами Вооружённых сил Великобритании, пойманными на хищении оружия для «Хаганы». Голда выступила на нём с гневной речью, в которой обвинила британцев в том, что те не предпринимают усилий для защиты евреев. Это выступление способствовало её популярности в ишуве, но солдат, несмотря на протесты, британцы приговорили к 10 годам тюремного заключения.
В эти годы Голда играла заметную роль во фракционной борьбе внутри Гистадрута, поддерживая прагматическую позицию руководства МАПАЙ против радикально-социалистической «Фракции Б», которая в итоге откололась в 1944 году, сформировав отдельную партию «Ахдут ха-Авода». Голда также добивалась от мандатных властей повышения минимальной заработной платы и её уравнения для евреев и арабов. Эти требования последовательно игнорировались, и в мае 1943 года Меерсон организовала предупредительную однодневную забастовку, в которой участвовали и арабы, и евреи; это заставило британцев принять выдвинутые условия.
В 1944 году с Леви Эшколем была избрана сопредседательницей Тель-Авивского совета трудящихся — самой влиятельной из организаций данного типа в ишуве. Позже в том же году стала членом Законодательного собрания Палестины («Асефат Нивхарим»), а затем была избрана в исполком Ваад Леуми — ведущего органа исполнительной власти ишува.
Участие в борьбе с ревизионистами[править]
Когда Давид Бен-Гурион отдал приказ о преследовании подпольщиков Иргуна и Лехи во время операции «Сезон», Голда Меир заняла крайне жесткую позицию, настаивая на самых кровавых акциях, включая пытки и физическое уничтожение политических соперников Бен-Гуриона.
Голда при этом руководствовалась не только преданностью вождю и слепой ненавистью к подлинным правым, но и наивным «расчётом» на то, что этим угодит британским оккупантам, которые в ответ займут менее враждебную к евреям позицию.
Во время внутренних кризисов МАПАЙ, которые завершились расколом партии в 1944 году, Голда также неизменно принимала сторону своего патрона.
Борьба с арабами и британцами[править]
В 1945 году Бен-Гурион назначил Голду своей представительницей в составе «Комитета Х», который руководил военными и диверсионными операциями против британских властей. Военное руководство в комитете осуществляли тогда Исраэль Галили и Моше Снэ (от имени Хаганы), наряду с Менахемом Бегином (Иргун) и Натаном Елин-Мором (Лехи). Голда уверилась в «выдающихся военных качествах Галили», и тот впоследствии стал главным военно-стратегическим советником Голды и играл эту роль как перед Войной Судного дня, так и во время неё.
В марте 1946 года Голда настояла на сотрудничестве руководства ишува с британско-американской комиссией, расследовавшей ситуацию в Палестине и вопрос о том, стремятся ли уцелевшие евреи Европы переселиться туда. Хотя Бен-Гурион был против взаимодействия с комиссией, бывшей детищем британского политика-юдофоба Э. Бевина, Меерсон полагала, что не в интересах ишува дразнить США. Сама она выступила перед комиссией от имени Гистадрута, заверив её членов, что члены профсоюза готовы на жертвы, чтобы принять и абсорбировать в Палестине любое число еврейских иммигрантов. Она также уверенно заявила, что в государстве с еврейским большинством арабы не будут подвергаться дискриминации. Несколько дней спустя 13 лидеров еврейской общины в Палестине по инициативе Голды начали коллективную голодовку в знак солидарности с евреями на борту судна Fede, направлявшегося в Палестину в рамках «Алии Бет» и удерживаемого в итальянском порту Специя британскими ВВС. После 4-х суток голодовки правительство Эттли позволило Fede отправиться в Палестину.
Британско-американская комиссия дала рекомендации о создании в Палестине двунационального государства под эгидой ООН и о выдаче 100 тысяч въездных виз в Палестину европейским евреям. Нацист Бевин проигнорировал вторую рекомендацию. В итоге вооружённое противостояние между ишувом и британскими властями ужесточилось ещё сильнее.
Во время «чёрной субботы» 29 июня 1946 года британские оккупанты арестовали почти всё руководство Сохнута в Эрец-Исраэль. Бен-Гурион, который находился тогда в Париже, согласился временно назначить Голду исполняющей обязанности арестованного Моше Шарета в политотделе организации. Выйдя на свободу, Шарет почти сразу же уехал за границу; так временное назначение Голды Меир превратилось в постоянное.
К слову, не вполне ясно, почему же Голда не была арестована британцами. Сама она объясняла это не только нелепой, но и не соответствующей истине фразой, что якобы в Палестине просто не было женских тюрем.
Во главе политического отдела Сохнута[править]
В связи с арестом Моше Шертока Меерсон взяла на себя исполнение его обязанностей. Ситуацию, когда она фактически осталась единоличным руководителем еврейских политических структур в Палестине, не все приняли с готовностью. Так, религиозных сионистов отталкивал сам факт, что новая глава политического отдела была женщиной. Ей также недоставало образования и дипломатического опыта Шертока, и к тому же её отличал импульсивный, вспыльчивый характер. В условиях, когда Хаим Вейцман и ряд других сионистских деятелей за рубежом призывали к немедленному прекращению сопротивления, а Меерсон склонялась к ограничению борьбы акциями гражданского неповиновения, руководство «Пальмаха» не признавало её начальством и было намерено действовать независимо от неё. Позиция левых восторжествовала и 5 августа исполком Сохнута, собравшийся в Париже, принял резолюцию о прекращении вооружённого сопротивления (которую Иргуна во главе с Менахемом Бегиным немедленно отверг).
Тем временем британские колонизаторы выдвинули новый план: федеральное государство под британским управлением, в которое войдёт маленький еврейский округ. Неонацист Бевин объявил о созыве в Лондоне британско-арабско-еврейской конференции для обсуждения проекта. Большинство руководителей ишува, в том числе Бен-Гурион и остававшийся в лагере Шерток, склонялись к тому, чтобы принять в конференции участие, видя в ней возможность ещё раз публично изложить свою позицию. Но Голда, которую один разу уже заставили отступить в конфликте с британцами, решительно воспротивилась этой идее, вызвав упрёки Шертока в нехватке гибкости.
В сентябре 1946 года Голда как руководитель политического отдела утвердила создание 11 новых еврейских поселений в Негеве — эти действия были признаны продемонстрировать, что ишув отвергает британский план кантонизации Палестины, при котором евреи будут заперты в одном округе.
В декабре 1946 года, на XXII Всемирном сионистском конгрессе в Базеле, Голду и Шертока избрали сопредседателями политического отдела Сохнута. На том же конгрессе формировалась официальная позиция сионистского движения по будущему ишува в Палестине. Голда защищала по этому вопросу позицию, по которой в Палестине должно быть создано суверенное еврейское государство. В речи на конгрессе она подчеркнула, что иностранный контроль над еврейской общиной Палестины и Белая книга, принятая британским правительством, не оставили европейским евреям возможности выжить в Холокосте.
В феврале 1947 года правительство Эттли, отказавшись от идеи о федерации в Палестине, объявило, что передаёт вопрос о её судьбе на рассмотрение ООН. Шертока направили в США, чтобы возглавить борьбу за проект раздела подмандатной территории на два национальных государства, и тем самым Голда на практике осталась руководительницей политического отдела Еврейского агентства вплоть до провозглашения Государства Израиль. В этом качестве она продолжала лавировать между еврейским подпольем и мандатными властями, требовавшими прекращения вооружённого сопротивления.
В одном из писем, адресованных британцам, Голда возложила ответственность за еврейский «террор» за людей, составивших Белую книгу 1939 года и претворявших в жизнь её положения.
Возглавляемый Голдой Сохнут также отвергал требования властей о передаче им лидеров Иргуна. Хотя Голда осуждала «террор» Иргуна и призывала к его прекращению (вплоть до прямого использования боевиков «Хаганы» для предотвращения «терактов»), в ответе британцам она написала: «Мы не станем нацией доносчиков».
Для лучшего обоснования решений Меерсон создала при политическом отделе управление исследований, снабжавшее руководство Сохнута аналитическими материалами.
Когда после очередной вспышки насилия британцы в августе 1947 года арестовали свыше 40 членов Иргуна и с ними мэров трёх еврейских городов, отправив их в концлагерь в Латруне, в ревизионистских организациях обвинили Меерсон в сотрудничестве с властями и повторении операции «Сезон». После этого предательницу охраняли боевики «Хаганы». Вместе с тем, успехом увенчалась её инициатива по доставке в Палестину еврейских детей из британских концлагерей для перемещённых лиц на Кипре.
В конце ноября 1947 года, за несколько дней до голосования в ООН по плану раздела Палестины, Голда тайно встретилась в Трансиордании с Абдаллой.
29 ноября 1947 года Генеральная Ассамблея ООН проголосовала за план раздела Палестины. Сразу после этого начались убийства палестинских евреев арабами и погромы еврейских магазинов. В страну начали просачиваться банды Арабской освободительной армии. Население еврейских кварталов Иерусалима оказались в осаде, так как по грузовикам и автобусам, идущим в город, вёлся снайперский огонь. 26 или 27 декабря на дороге из Тель-Авива в Иерусалим, среди прочих, был обстрелян конвой, в котором ехала Голда, среди пассажиров были погибшие. Меерсон требовала от британских властей защиты еврейских граждан и расследования убийств, но её требования игнорировались. При этом британские оккупанты запрещали еврейским отрядам самообороны патрулировать дороги и улицы.
Однако, Меерсон снова заняла «сдержанную» позицию, — мол де «излишнее применение силы» со стороны еврейской самообороны якобы может поставить под угрозу планы о создании государства. Поэтому когда в результате организованного «Хаганой» взрыва в отеле «Семирамис», Голда выступила с критикой еврейских партизан и добилась снятия с должности командира, отдавшего приказ об этой операции.
В январе 1948 года Голда отправилась в США для сбора средств на оборону.
В Национальном совете[править]
2 марта 1948 года руководство ишува сформировало временное правительство. Голда вошла в состав насчитывавшего 37 человек Национального совета, но не была включена в высший орган управления — Народное управление (Минхелет ха-Ам), состоявшее из 13 членов. Это её оскорбило, но Бен-Гурион заявил, что располагает в этом органе ограниченным количеством мест и вынужден выбирать между нею и Ремезом. Голда не сумела найти в себе достаточно наглости, чтобы потребовать место Ремеза. Тем не менее она присутствовала на всех заседаниях узкого кабинета, не имея формального права голоса, она использовала своё влияние и красноречие, чтобы убедить министров в том или ином вопросе.
В середине весны 1948 года, после нескольких месяцев арабских атак на еврейские поселения и кварталы в Палестине, силы ишува перешли в наступление, что стало возможным благодаря оружию, приобретённому в Европе на собранные Голдой деньги. За апрель была временно прорвана блокада Иерусалима, захвачены Тиверия, Хайфа, Яффа.
И вновь Голда (и руководство ишува) заняла странную позицию: Бен-Гурион послал её в Хайфу убедить местных арабов не покидать город. К счастью, эти призывы не увенчались успехом.
За 4 дня до провозглашении независимости снова встретилась с «королём» Абдаллой, но безуспешно. 12 мая она представила доклад о безрезультатных переговорах членам Народного управления. После этого они перешли к другому вопросу: предложению британцев отложить провозглашение государства взамен на прекращение боевых действий. Хотя формально Меерсон не была членом Народного управления, она выступила на совещании с призывом не менять курс.
14 мая 1948 года Голда в числе прочих лидеров ишува подписала Декларацию независимости Израиля.
Источники[править]
 | Одним из источников, использованных при создании данной статьи, является статья из википроекта «Русская Википедия» под названием «Меир, Голда», расположенная по адресу:
Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC-BY-SA 4.0 и более поздних версий. |
|---|