Первая пуническая война на море
Первая пуническая война на море — морская арена 1-й карфагено-римской войны[1].
Силы сторон к началу войны[править]
Перед началом войны Карфаген имел заметное преимущество на море. Оно касалось и численности и качества кораблей, опытности моряков, а также наличия большого числа удобных портов, окружавших Сицилию и Италию с юга и запада. Однако, это превосходство имело существенный изъян — слишком большая самоуверенность пунийцев привела к необдуманным и поспешным действиям, приведшим к поражениям, а широта владений Карфагена распыляла его собственные силы, делая их недостаточными при точечных ударах.
Римская республика обладала портами Италии, но флот был относительно небольшой (римский флот действовал под Тарентом в 310 г. до н. э. — вот в сущности и весь известный его опыт). Зато римляне, в самом начале войны или накануне войны изобрели абордажный мостик, который не только позволял им использовать преимущество в пехоте, но и обездвиживал корабль противника.
Чтобы восполнить недостаток в кораблях, римляне возложили задачу сооружения и поставку кораблей всех классов на несколько союзных Риму городов Южной Италии (Тарент, Локры, Элея и Неаполь).
Ход событий[править]
Первое же столкновение — нападение небольшого пунийского отряда на римских транспортников, переправлявшихся из Италии в Сицилию через Мессанский пролив в 264 г. до н. э. оказалось неудачным для карфагенян. Карфагенский флот не только не сумел предотвратить переправку римских войск в Сицилию, но и вообще не нанёс римским транспортникам урона. Больше того, один из нападавших на римлян кораблей оказался потерян при следующих обстоятельствах: кормчий не рассчитал траекторию движения корабля и, пытаясь таранить уже пристававшее к берегу римское транспортное судно, выскочил на берег. В итоге корабль в практически исправном состоянии досталось римлянам. Это был именно тот тип квинкверемы (возможно это была пентера), который требовался как образец при строительстве собственного флота.
Один палубный неприятельский корабль … очутился на берегу и попал в руки римлян; по образцу его римляне и соорудили весь свой флот.— Полибий. I. 15
В 263 г. до н. э. Карфаген начал концентрировать на Сардинии для нападения на Италию, но так и не реализовал этот план.
Рационализация труда позволила, согласно сообщениям Флора, Плиния и Орозия, построить римлянами корабли в течение 2 месяцев. Вскоре этот флот вышел в свой первый поход. Командующий флотом, Гней Корнелий, допустил ошибку, разделив с самого начала свои силы. Общее назначение флоту было дано — двигаться вдоль побережья Италии в направлении сицилийских берегов. Гней Корнелий отправился в Мессану во главе совсем небольшой эскадры в составе 17 кораблей. Остальным кораблям надлежало по готовности (т. е. по завершении всех достроечных мероприятий) следовать за ним в Мессанский пролив. Гней прибыл в Мессану, на несколько дней опередив основные силы своего флота. Целью Гнея были Липарские острова. Прибыв в гавань Липары, Гней не принял необходимых мер безопасности. Командующий карфагенским флотом, Ганнибал бен Гисгон отправил своего подчиненного Боодеса с отрядом из 20 кораблей, дав ему задание запереть флотилию римлян в бухте, где она бросила якоря. В итоге, 17 кораблей римлян сдались без боя вместе с командиром.
Затем вышеназванный Ганнибал Гискон, узнав о выходе из Остии римского флота (здесь мы констатируем налаженную военно-морскую разведку) вышел с 50 кораблями на её перехват. Карфагеняне «обогнули оконечность Италии» и столкнулись с превосходящим их двухкратно римским флотом. Развернулась сражение, в ходе которой развернувшейся скоро течной таранной схватке Ганнибал потерял большую часть из своих 50 судов и отступил с немногими оставшимися.
Вскоре, произошла битва при Милах (260 г. до н. э.), в которой у Ганнибала Гисгона было 130 кораблей, а у римского командующего, Гая Дуилия, примерно со 120 кораблями, имевшими абордажные мостики, о которых карфагеняне нечего не знали. Здесь плохую роль сыграла недооценка карфагенянами противника. Рассчитывая на лёгкую победу, карфагеняне даже не сочли нужным соблюдать строй и вести регулярный бой по правилам, — в частности, карфагеняне атаковали римские корабли не одновременно, а группами: сначала одна флотилия, затем другая, давая возможность римлянам разбить эти группы по отдельности. Вначале на римлян напали три десятка карфагенских кораблей, шедшие в авангарде. Они стали легкой добычей римлян. Абордажные «вороны» сразу же обрушивались на палубы противника, пробивая настилы и сокрушая фальшборт. Немедленно по их мостикам в бой бросались легионеры, противостоять которым на карфагенских кораблях было не кому. Вместе с остальными в этом водовороте начала сражения был захвачен и флагманский корабль самого Ганнибала. Сам он избежал пленения, спасшись на небольшом челноке, но лишился возможности командования. едшие строем остальные корабли карфагенян несколько отстали. Строй пунийского флота начал «течь», расходясь в стороны и стремясь охватить сражающиеся или уже искавшие новую добычу римские корабли. Карфагеняне, в итоге, решили атаковать римский флот с флангов. Но с какой бы стороны карфагеняне ни пытались атаковать римские суда, их неизменно встречали металлические клювы абордажных «воронов». Благодаря своей подвижности и тому, что ометаемый ими сектор был близок к 270 градусам, т. е. к трем четвертям окружности, римские абордажные мостики встречали противника с любого направления. В результате этой второй фазы сражения римляне захватили десятки вражеских кораблей. Общие потери пунийцев колеблются, в зависимости от источника, в пределах 44—80 кораблей, погибли и попали в плен тысячи карфагенских моряков. Римские пентеры уступали карфагенским по мореходным качествам и не смогли преследовать отступающего противника.
Весной 259 г. до н. э. Ганнибал Гисгон был отправлен с дополнительным контингентом войск на борту на Сардинию.
Со своей стороны Сенат распорядился о посылке римского флота в корсиканские и сардинские воды. Вскоре римляне взял под контроль Корсику. Затем консульский флот совершил высадку на побережье вблизи Ольбии на севере Сардинии, и захватили этот порт.
В 258 г. до н. э. римляне осаждали Липару.
В 258 или в 257 г. до н. э. на Сицилию переправился с флотом и войсками и Гай Сульпиций Патеркул. Здесь римские войска соединились с остававшимися с прошлой кампании контингентами и вскоре вступили в схватку с флотом Ганнибала Гисгона. Потери карфагенян были достаточно велики, и они, без сомнения, проиграли эту схватку. Вынужденный отступить Ганнибал укрылся в одной из гаваней на сардинском побережье. Возможно, это был порт Сульци. Попытка взять реванш была проигрышной — новый выход флота в море принес только новые потери. Уцелевшие в сражениях карфагеняне схватили собственного адмирала и в порыве ненависти тут же его и распяли. Остатки карфагенского флота были захвачены римлянами.
В 257 г. до н. э. римский флот под командованием консула Гая Атилия был у берегов Сицилии. У ее северного побережья и развернулось сражение у мыса Тиндарид. Римляне вывели в море достаточно крупное соединение — более 200 кораблей разных классов. Флот пунийцев насчитывал всего 80 кораблей. Командовал эскадрой Гамилькар Паропосский. Римляне стояли на якоре, когда из-за мыса начали показываться карфагенские корабли. Гай Атилий немедленно отдал приказ об атаке карфагенского флота. Корабли вынуждены были сниматься с якоря по готовности, вразнобой, и так же точно начинать атаку. Более того, Гай Атилий, не намереваясь ждать свои основные силы, ринулся в атаку всего с десятком кораблей. Главной ошибкой карфагенян было то, что они позволили спровоцировать себя и втянулись в бой с авангардом. Полибий указывает, что карфагенский флот явно намеревался пройти мимо, но авангард римлян был столь соблазнительной целью, что пунийцы повернули назад и двинулись ему навстречу. Пользуясь подавляющим численным перевесом, карфагеняне окружили консульский отряд. Вскоре после начала атаки римские суда начали получать страшные повреждения корпуса и один за другим идти ко дну. Вскоре из десятка атаковавших судов остался только флагман консула, гребцы которого сумели вывести его из схватки. Однако, за это время все римские корабли успели построиться в боевую линию и начали организованную атаку. Пришлось пунийцам принять бой, который обернулся новым поражением, — карфагеняне отступили; 8 карфагенских кораблей было потоплено, а 10 захвачено путем абордажа вместе со всей командой.
В 256 г. до н. э. римляне собрали флот для переправки войск в Африку. его составе насчитывалось 330 кораблей разных классов. Здесь были и боевые корабли — в основном квинкверемы и триремы, — и транспортные суда, перевозившие войска, припасы и амуницию. Во главе флота стояли консулы Марк Атилий Регул и Луций Манлий Вульсон Лонг. На перехват вышел карфагенский флот примерно в 350 единиц во главе которого стояли Гамилькар Паропосский и Ганнон бен Ганнибал. Разразилось битва при мысе Экном. Римляне построили свой флот в виде треугольника, а карфагеняне — полумесяца. Ганнон возглавлял корабли карфагенян на правом фланге. Именно под его командой находились наиболее быстроходные триремы и квинкверемы; предполагалось, что именно они совершат фланговый обход римских кораблей. Гамилькар возглавил левое крыло. Он осуществлял общее командование, и по его инициативе был предпринят классический маневр заманивания противника в ловушку. Гамилькар отдал приказ, согласно которому после первого натиска римлян корабли центра должны были, не вступая в прямое соприкосновение с противником, начать отступление, втягивая римский флот в образующийся «котел». Таким образом, карфагенский план состоял из притворного отступления и флангового охвата.
Римские корабли вытянулись в линию фронта перед неприятельским строем. Однако линия эта имела более сложную конфигурацию и была изогнута. Три первых флота были растянуты фронтально, причем первый, находившийся на правом крыле, вытянули далеко вперед, имея целью охватить вражеские корабли. Четвертый же флот образовал левое крыло всего римского строя, в виде крюка загибаясь к берегу.
Римские корабли, расположенные в центре, атаковали центральную же часть флота карфагенян, пребывая в полной уверенности, что не составит труда прорвать его в этом месте. Но карфагеняне, исполняя приказ Гамилькара, бросились в притворное бегство, стремясь расстроить неприятельское построение. Им в значительной степени это удалось — римляне рвались вперёд, причём чем быстрее отступали карфагеняне, тем активнее их преследовали римские суда. Главный натиск осуществляли римские первый и второй флоты, втягивавшиеся в расставленную карфагенянами ловушку. Третий и четвертый флоты несколько отстали, по той причине, прежде всего, что один из них тащил на буксире транспортные корабли, а триарии прикрывали движение этого конвоя.
Тогда Гамилькаром был подан сигнал к атаке. Все отступавшие корабли развернулись и вступили в бой с преследователями.
В то же время разгорелись еще две схватки. Ганнон, который со своими кораблями до поры оставался в стороне от схватки и выбирал время и место для атаки, теперь вступил в сражение. Его отряд быстроходных кораблей, внезапно ринулся в атаку и напал на флот триариев; причем нападение это было столь стремительным и решительным, что даже это элитное соединение пришло в некоторое замешательство. Одновременно другое крыло карфагенян — то, что находилось близ берега — атаковало третий флот, тащивший на буксире транспортники. Но командиры третьего флота, отдав приказ отдать буксировочные канаты, храбро вступили в сражение, сковав встречным боем силы последнего отряда карфагенян.
Корабли Гамилькара были оттеснены и вскоре обратились в бегство. Они были основательно деморализованы. Консулы не преследовали эту часть карфагенского флота. В то время, как Луций Манлий Вольсон взял со своим флотом на буксир захваченные пунийские корабли, Марк Атилий Регул ринулся на помощь оставшимся римским кораблям. Во главе второго флота он подошел к месту, где триарии сражались с Ганноном. Напав с тыла на Ганнона, Марк Атилий серьезно облегчил задачу триариев, которые с трудом сдерживали натиск и почти пали духом. Теперь они, приободрившись, вновь стали теснить противника. Ганнон, корабли которого зажали классически — с фронта и тыла, не выдержал натиска и стал отступать в открытое море.
Тем временем оставшаяся часть римлян — третий флот, оставивший транспортники и вступивший в бой — была оттеснена к берегу и зажата там пунийца ми бывшего левого крыла. На самом деле положение этих кораблей было слож ным, но вполне подконтрольным: карфагеняне, боясь «воронов», даже не пыталась атаковать римские корабли с носа. Они просто заперли их, прижав к берегу, и стояли напротив, выжидая непонятно чего. Как оказалось, дождались они только подхода основных сил римлян. Марк Атилий, спасший триариев и собственные транспорты, вместе с Луцием Манлием поспешил на помощь последнему отряду собственных кораблей. Этот натиск подвел окончательный итог сражения. Внезапной атакой с тыла карфагенских кораблей консулы раздавили всякие остатки сопротивления — их «вороны» вонзились в палубы карфагенян и дело было решено очень быстро — 50 кораблей было захвачено вместе с командой и лишь несколько пунийских судов сумели проскользнуть вдоль берега и выскочить из кольца.
В результате сражения при Экноме римляне потеряли 24 корабля. У карфагенян было потоплено более 30 судов. Кроме того, римлянами были захвачены 64 карфагенских корабля.
Эта победа позволила римлянам высадить десант в Африке. Поначалу римляне действовали успешно, но затем были разбиты Ксантиппом.
Весной 254 г. до н. э. новый римский флот (350 кораблей различных классов) вторжения вышел в море. Командование им было поручено двум консулам — Марку Эмилию Павлу и Сервию Фульвию Петину. Снявшись с якоря, флот отбыл в Африку. По пути консулы захватили остров Коссура и оставили свой небольшой гарнизон. Пунийцы подготовили к отражению атаки всего 200 кораблей, но он был разбит у Гермесского мыса. Карфагеняне потеряли 114 кораблей, захваченных абордажем вместе с командой.
Вслед за тем римляне пристали к Клупее и эвакуировали оттуда 2 тысячи своих солдат.
Однако, на обратном пути у Сицилии римляне потеряли в буре (?) почти весь флот — из 364 кораблей у них осталось не более 80 судов. Несмотря на это консулы получили триумф в Риме (за победу над Коссурой и карфагенянами).
Карфагеняне отправили на Сицилию войско во главе которого стоял Гасдрубал бен Ганнон (осень 255 г. до н. э.).
К сезону 253 г. до н. э. новый римский флот был полностью укомплектован и приступил к боевым действиям. Командовали им консулы Авл Атилий Кайатин и Гней Корнелий Сципион Азина. Главной операцией флота в 253 г. до н. э. стали действия под Панормом. Спасшиеся корабли стояли в гавани Мессаны. 220 новопостроенных судов с консульской армией перебазировались сюда из Остии и южноиталийских городов. В Мессане силы соединились, и эскадра из 300 судов отправилась к Панорму. Флот блокировал город с моря и высадил войска в его окрестностях. Блокада не была напрасной. Карфагенского флота в это же время, мимоходом напав на Коссуру и отбив ее у римлян, попытались пробить эту блокаду. О численности их нет данных, но угроза прорыва была немедленно пресечена римлянами. Корабли же доставили под стены города осадную технику. Несомненно, часть осадных машин работала прямо с палуб кораблей, поскольку основной удар осаждающие направили против одной из прибрежных башен. Вскоре она была разрушена, и войска ворвались в город. Панорм пал и, оставив в городе свой гарнизон, римские консулы отплыли назад в Остию.
В 252 г. до н. э. новые командующие, Гней Сервилий и Гай Семпроний Блез, привели флот (260 кораблей) на Сицилию, где атаковали Лилибей, после чего двинулись в набеговый рейд в Африку, достигнув острова Джерба. Но на обратном пути римляне якобы снова потеряли в буре около 150 кораблей.
В 251 г. до н.э. римляне снова осаждали Липару. На этот раз при поддержке сиракузского тирана Гиерона римляне захватили Липару, лишив карфагенян этой важной военно-морской базы.
В 249 г. до н. э. римский флот был увеличен до 200 кораблей. Им командовали Гай Атилий Регул и Луций Манлий Вольсон. К этому времени у пунийцев оставались на Сицилии только два порта — Лилибей и Дрепаны. Римляне начали осаду Лилибея, но возглавлявший оборону города Гимилькон, успешно отражал осаду. На помощь в Карфагене был снаряжен отряд из 50 кораблей, которыми командовал Ганнибал бен Гамилькар. Ганнибалу удалось войти в порт Лилибей и доставить помощь.
Римский консул Публий Клавдий Пульхр решил атаковать со своим флотом Дрепан, где командовал Атарбал. Когда имский флот понемногу уже втягивался в гавань Дрепана с ее южной стороны, карфагеняне выдвигались вдоль северного берега бухты. Тем самым, одновременно в бухте происходило встречное движение двух вражеских флотов. Публий, шедший в конце колонны, заметил этот маневр неприятеля и попытался предпринять решительные меры. Видя свои растянувшиеся порядки, когда голова колонны была уже почти у берега в глу бине бухты, а замыкающие корабли ещё были в открытом море, он, естественно, пришел в ужас. Публий отдал приказ всем поворачивать к выходу из гавани. Так как принять его сигнал было крайне сложно — часть кораблей, которая уже входила в гавань, была вне визуальной досягаемости и требовалось время, чтобы сигнал дошел до них — произошла неразбериха. Новые корабли, выплывая из-за мыса, наталкивались на разворачивавшиеся им навстречу суда. Началось смятение, корабли сталкивались и ломали друг другу весла. Однако командиры кораблей и командующие отрядами проявили себя самым лучшим образом. Каждый корабль, который выходил из бухты обратно, становился в ряд вдоль берега — кормой к суше и носом к противнику. Публий теперь расположился на левом фланге своего строя. Атарбал, тем временем, выстроил свои корабли аналогичным образом, но в открытом море. Сам он находился с пятью кораблями своего отряда на правом крыле, напротив римского флагмана. Так что вскоре оба флота встали в линию друг против друга параллельно берегу. Но римляне, несмотря на численный перевес, оказались загнаны на мелководье и в непосредственную близость к суше, что резко ограничивало их маневр и стесняло в действиях. Ход сражения поначалу был равным, но постепенно карфагеняне начали преобладать. В случае атаки римлянами карфагенского судна ему на помощь сразу же устремлялось от одного до нескольких пунийских кораблей, которые, заходя с кормовых углов, таранили римлян. Римляне же при любой попытке отступления или садились кормой на мель, или терпели крушение, выскакивая на берег. Их попытки атаковать корабли врага, ведущие бой, потерпели неудачу. В итоге 93 корабля было захвачено карфагенянами со всей командой. Не меньшее число судов было выброшено на берег и не подлежало восстановлению, однако имущество с них во многом досталось противнику. Правда, команды с этих кораблей спаслись, бежав по суше. Лишь 30 римских кораблей во главе с консульским флагманом сумели бежать.
В 249 г. до н. э. консул Луций Юний Пулл был отряжен с флотом для доставки в римский лагерь под Лилибеем хлеба и основных продовольственных и военных припасов. К весне было построено 60 новых военных кораблей и некоторое число транспортов — в дополнение к имеющимся. В результате общая численность флота под командованием Юния достигла 120 боевых кораблей и 80 транспортников. С этими силами он достиг Сиракуз, где принял решение разделить флот. Половина транспортов под руководством квесторов была отправлена под Лилибей с конвоем из нескольких боевых кораблей. Консул стремился поскорее до ставить войску всё необходимое, в то время как сам собирался дождаться запаздывавшие из Мессаны корабли. Кроме того, часть продовольствия союзники продолжали подвозить в Сиракузы, и его требовалось ещё погрузить на корабли. Атарбал, отослав в Карфаген пленных и трофеи, переформировал свой флот. Была создана специальная мобильная эскадра под командованием Карталона. 70 кораблей привел он сам, ещё 30 кораблей ему передал Атарбал.
Карталон отправился к Лилибею для его деблокады. Перед рассветом, когда римские корабли стояли у берега, а команда находилась преимущественно на суше, карфагеняне атаковали эти силы. Карфагеняне захватили и увели на буксире не менее четырех кораблей, а остальные сожгли на месте. На римских солдат, вышедших на выручку своему флоту, с тыла напали солдаты Гимилькона из Лилибея. Город был разблокирован с моря.
Карталон увёл свой флот к Гераклее Минойской. Когда квесторский конвой оказался в пределах досягаемости разведчиков, Карталон немедленно получил об этом данные он вышел в море со своим флотом на перехват. Квесторы отошли на якорную стоянку близ одного из подконтрольных римлянам небольших городков (возможно, Финтиаса). Гавани он не имел, но располагал удобной стоянкой, прикрытой береговыми утесами. Здесь римляне решили обороняться, поскольку карфагенский флот явно не собирался прекращать преследование. Римляне развернули оборону, поставив на берегу катапульты и камнеметы. Карфагеняне попытались организовать правильное нападение на римский флот, однако с берега на них обрушился такой град метательных сна рядов, что эта попытка имела лишь ограниченный успех. Отогнать римлян к городу и беспрепятственно завладеть их кораблями также не удалось в силу отсутствия артиллерии на карфагенских кораблях. Вероятно, имела место попытка высадки десанта и расправы с римлянами, но она также провалилась. В результате Карталон вынужден был довольствоваться захватом нескольких транспортных судов римлян с продовольствием (до 13 единиц), после чего карфагеняне укрылись в устье реки, находившейся в пределах видимости.
Затем подошёл флот консула Луция Юния. Он и флот квесторов были зажаты в неприспособленных местах Карталоном, который дождался бури. И квесторский и консульский флоты были разбиты бурей в щепки до последнего корабля (более 250 единиц).
В 247 г. до н. э. эскадра римских кораблей, выйдя из Панорма достигла Гиппона. Римляне высадились в гавани города, разрушили и сожгли ряд построек в его центре и спалили карфагенские корабли, стоявшие в гавани на рейде.
В том же году римский десант численностью около тысячи человек был высажен на острове Пелий вблизи дрепанской гавани.
В 247 г. до н. э. командовать флотом был назначен Гамилькар Барка.
В 246 г. до н. э. Гамилькар вышел со своим флотом к берегам Южной Италии. Десанты были высажены на побережье. Область вокруг Локр Эпизефирских — Локрида, и Бруттийские поля были зачищены вполне основательно. Карфагеняне разорили земли, угоняли скот и убивали население. Затем Гамилькар отплыл обратно на Сицилию и обосновался в местности между Панормом и Эриксом. Основанная здесь база отличалась исключительным удобством. Располагая отличной гаванью, где мог укрываться флот, Гамилькар контролировал подходы к ней. Отсюда Гамиль кар неоднократно совершал набеги на Италию, достигая окрестностей Неаполя и Кум в Кампании.
В 245 г. до н. э. консул Марк Фабий Бутеон отправился в Африку и около острова Эгимур встретился с карфагенским флотом — плывшим, соответственно, в Италию. В последовавшем сражении карфагеняне были разбиты, но на переходе домой римлян снова — в который уже раз — застала буря (?), уничтожившая значительное число римских кораблей.
В 243 г. до н. э. римляне, собрав силы своего флота, провели удачную операцию по блокаде карфагенского лагеря Гамилькара близ Эрикса. Исключив подвоз продовольствия по морю, римские войска в конце концов поставили противника в тяжёлое положение.
К лету 242 г. до н. э. римлянами была завершена постройка не менее 200 кораблей. Консулом был избран Гай Лутаций Катул. Консульский флот, разделившись на две части, одновременно выполнил и две задачи. Меньшая часть флота заняла якорные стоянки Лилибея, вновь блокировав город. Основные силы ворвались в гавань Дрепан и установили над ней контроль. Консул приказал организовать блокаду Дрепан с суши, возведя осадные сооружения и установив метательные машины.
В 241 г. до н. э. разразилась решающая битва при Эгатских островах. Карфагенянами командовал безуспешный и ранее Ганнон бен Ганнибал. По плану Ганнона его флот должен был скрытно преодолеть акваторию, контролируемую римскими кораблями, по возможности избегая встречи с ними и тем более открытого столкновения. Достигнув лагеря при Эриксе, флот дол жен был выгрузить припасы и тем облегчить корабли. Взамен продовольствия собирались взять на борт наемников Гамилькара, а также и его самого. И вот тогда, располагая высококлассным войском, можно было вступить в морской бой с римлянами или померяться силами в ходе внезапной десантной операции. Но римлянам удалось сорвать выполнение этого плана в самом начале. Встреча флотов произошла вблизи островков Эгатского архипелага. Карфагеняне подошли к острову Гиера и встали здесь на стоянку. Посадив на корабли отборных легионеров, консул отправился с основными силами флота к другому островку архипелага — Эгусе. Карфагеняне, шедшие под парусами при попутном ветре, внезапно увидели на своем пути разворачивающийся для атаки римский флот. На их судах нача лось смятение. Удирать от римлян против ветра и с забитыми трюмами было бессмысленно. Без всякого окружения противники карфагенян не оставили им никакого выбора. Нужно было идти вперед. Карфагеняне, убрав паруса и подбадривая друг друга криками, стали готовиться к неизбежной битве, разворачиваясь также в боевую линию. Не менее 50 карфагенских кораблей было потоплено в результате таранных атак, не менее 70 — захвачено римлянами. Пунийцев спасло то, что ветер в разгар схватки резко переменился. Уцелевшие корабли карфагенян под парусами отошли в беспорядке к острову Гиера. Потери римлян не превышали 20 судов. Консул после сражения отвел свой флот под Лилибей.
Это поражение сломило волю Карфагена, и он заключил с римлянами тяжёлый мир.
По иронии судьбы, римляне построили флот на основе корпуса карфагенского корабля, которым командовал Ганнибал Родосец, захваченного у Лилибея. Этот флот римлян и победил.
